Больше нет никакой “дезинформации”. Агрессия России полностью изменила контекст дискуссии о правде и неправде в медиа

23 августа 2022 года, после выступления президента Польши Анджея Дуды на международном саммите “Крымская платформа” в Киеве, спикер российского Министерства иностранных дел Мария Захарова сравнила его с Адольфом Гитлером в своей публикации на телеграмм-канале.

 

 

Кроме использования старого риторического приема Reductio ad Hitlerum (“сведение к Гитлеру”, или “приведение аргумента по нацизму”) Мария Захарова продвигает старый и неизменный российский нарратив о том, что Украина и Польша являются врагами, потому что Польша хочет зла ​​для Украины и рассматривает Украина исключительно как территория, которая может обеспечить обогащение и обслуживание Польши и поляков.

 

Этому российскому нарративу уже более 350 лет, поэтому нет смысла в том, чтобы называть этот контекст “дезинформацией”.

 

В течение последних шести месяцев украинские журналисты и медиа начали активно использовать термин “ИПСО” – “Информационно-психологические специальные операции”, вместо термина “дезинформация”. При этом ни в одном публичном источнике не говорится о том, чем они на самом деле отличаются, и когда использовать термин “дезинформация”, а когда – термин “ИПСО”.

 

Дело в том, что я на самом деле против использования обоих терминов. Поскольку мало кто действительно понимает их сущность. Почему бы не ограничиться простым и очень понятным “российская брехня”?

 

Так, например, нарратив о том, что Польша хочет зла ​​для Украины является российской брехней, как и то, что Украина хочет зла ​​для Польши. На самом деле это Россия хочет зла ​​для обеих наших стран. Поскольку только в случае существования ослабленных Польши и Украины, Россия может продолжать существовать как империя.

 

В то же время взаимное усиление Польши и Украины, а также сосуществование двух независимых и богатых государств будет развивать обе страны. В том числе, и как геополитический центр тяготения в противовес Брюсселю, Парижу и Берлину.

 

Публичное использование термина “ИПСО” вместо термина “дезинформация” имеет и преимущества, и недостатки. Преимущество заключается в том, что в аббревиатуре “ИПСО” есть слово “операции” – то есть, что-то ограниченное во времени и пространстве, имеющее определенную цель и результат. Следовательно, исследовать “ИПСО” должно быть удобнее, поскольку у него есть субъект проведения, объект, на который направлено действие, и перечень определенных действий – например, продвижение определенного нарратива. В свою очередь, “дезинформация” – это феномен, описывающий некий процесс без конца и начала. Хотя, на самом деле, спецслужбы также проводят именно “операции по дезинформированию”.

 

Негатив заключается в том, что осуществление и проведение ИПСО является прерогативой исключительно органов сектора безопасности и обороны. В российском случае – это Главное управление Генштаба Минобороны России, Силы специальных операций Минобороны России, ФСБ России, СВР России.

 

Кроме того, с точки зрения устойчивости широких аудиторий к манипуляциям врага, было бы контрпродуктивным после 7 лет использования термина “дезинформация” начать использовать другой термин – “ИПСО”.

 

Термин “психологические операции” (сокращенно, PSYOPS – psychological operations) появился в США. Это название само по себе указывало на то, что влияние осуществляется непосредственно на психику объекта воздействия (врага, противника или другой аудитории). Почти одновременно с протоколами ведения PSYOPS в США такие же документы появились и в военных ведомствах Великобритании и других государств — членов НАТО. А потом и НАТО сформировало соответствующие стандарты.

 

Вместе с тем операции по психологическому влиянию и операции по дезинформации на самом деле являются узкоспециальными отраслями деятельности, которыми должны заниматься спецслужбы и военные. Однако с легкой руки журналистов и медийщиков мы все стали употреблять эти термины с 2014 года.

 

Зато такой термин как “идеологическая пропаганда” еще шире термина “дезинформация”. Однако, в связи с тем, что у него слишком оруэлловский оттенок (по произведениям писателя Джорджа Оруэлла), западные журналисты еще с 2014-го года избегают его использовать. Возможно, потому, что западные журналисты не хотели обижать Россию. Ведь до сих пор на мероприятии говорят, что “надо защищать российские свободные медиа”, хотя даже издание “Медуза” постоянно продвигает нарративы российской пропаганды через свои медийные возможности.

 

Однако, выражение Марии Захаровой, которое я привел в начале статьи, является свидетельством того, что такое поведение не имеет никакого отношения ни к дезинформации, ни к ИПСО. Это стиль мышления русских элит – обвинение всех окружающих в фашизме, чтобы прикрыть свои ужасные преступления, убийства, изнасилования и пытки гражданского населения.

 

Так, российские спецслужбы постоянно используют тяжелые страницы истории взаимоотношений Польши и Украины для того, чтобы максимально оторвать Украину от западных партнеров и, прежде всего, от Польши. Заставить Украину остаться наедине с агрессором без поддержки.

 

Однако все эти операции объединены именно идеологической основой ненависти россиян по отношению к своим соседям. Угроза для Польши и Украины заключается в том, что мы долго работали, чтобы противодействовать операциям по дезинформации и психологическому влиянию, надеясь на то, что преодолев эти операции мы сможем, в конце концов, перейти к диалогу с Россией. И мы были успешны в этом, ведь народы Украины и Польши остаются едиными в стремлении к свободе и независимости своих стран. А также они понимают важность взаимоотношений между поляками и украинцами, что выражается в тесном сотрудничестве Владимира Зеленского и Анджея Дуды.

 

Но, операции по дезинформации никуда не исчезли, а только кристаллизовались в чисто идеологические нарративы ненависти, продвигаемые представителями политических элит России. Эта ненависть не является ни дезинформацией, ни ложью. Это именно тот стиль существования, которым живут россияне. И это делает борьбу с дезинформацией абсолютно безрезультатной. Ибо цель врага не ввести нас в заблуждение, а только уничтожить. А это оставляет очень мало места для дискуссий.

 

Таким образом, залогом уверенности в своих силах и способности удерживать лидерство в информационном пространстве является прежде всего не процесс противодействия дезинформации, а проактивное функционирование систем правительственных коммуникаций, когда доверие населения и граждан страны к своим политическим элитам и власти остается на высоком уровне.

 

Что касается российских специальных операций в информационном пространстве, то единственным методом от них избавиться, либо прекратить их – является дезинтеграция Российской Федерации, как последняя стадия распада империи Советского Союза. Россия должна раз и навсегда прекратить свою колониальную политику по отношению к другим народам. В том числе населяющих Российскую Федерацию и предоставить им право на собственную идентичность и развитие. Пока этого не произойдет, все страны, находящиеся недалеко от границ России, будут находиться под угрозой новых экспансий и вторжений.

 

Автор: Дмитрий Золотухин

 

 

Публичное задание финансировано из средств Министерства иностранных дел Польши в рамках конкурса «Общественная дипломатия 2022»

 

Fot. Mikhil Arefiev, unsplash